Дела давно минувших дней...

Есть в Минске рядом с Домом правительства небольшенькая улочка. Начинается она у Красного костела и завершает свой краткий путь вниз на улице Мясникова. Некогда называлась она Затюремным переулком, потом Трубной и наконец в начале двадцатых годов прошлого века получила нынешнее свое название — улица Берсона. Кто же такой Берсон?

“Берсон Станислав Игнатьевич (1895, Варшава). Участник борьбы за Сов. власть в Белоруссии. Чл. КПСС с 1917 г. В 1917 зам. председателя Минского Совета, комиссар ВРК Зап. Фронта. С нояб. 1917 нарком по делам национальностей Зап. области и фронта. С февр. 1919 нарком Госконтроля Лит.-Бел. ССР. Расстрелян польск. легионерами”.

Эти скупые строки из краткой энциклопедии “Белорусская ССР” следует дополнить, ибо личность человека в них не раскрыта. Когда началась первая мировая война, молодой варшавянин Станислав Берсон, статный высокий парень, сын видного сотрудника банка, ушел добровольцем в русскую армию и оказался в составе автомобильной команды при штабе Западного Фронта, располагавшегося в Минске. Здесь он быстро впитал в себя социалистические идеи, активно пропагандировал их и еще при Керенском стал зампредом Минского Совета, большевиком и фанатиком мировой революции. После Октябрьских событий его административная карьера продолжилась. В те дни столицей Литовско-Белорусской ССР был Вильно. Весной 19-го к городу подступали польские войска, и литовцы свергли советское правительство. Берсон пытался скрыться, но был схвачен польскими жолнежами на станции Ново-Вилейка. К нему применили “активные меры воздействия”, пытаясь заставить публично отречься от своих взглядов и выступить против Советской власти. Он держался стойко и 21 апреля 1919 года был расстрелян. Соратники оценили мужество и революционную преданность молодого двадцатичетырехлетнего наркома и назвали его именем небольшую улочку близ Красного костела.

А вот и другой наш фигурант. В советских энциклопедиях его имя не значилось, хоть и подарил он Минску красивейший храм — Красный костел.

Шляхтич Эдвард Адам Войниллович родился в октябре 1847 года в богатой семье. Окончил Санкт-Петербургский технологический институт, работал инженером на Путиловском заводе, в Германии и Бельгии. Благодаря своей деловой хватке и энергии он стал одним из богатейших помещиков Северо-Западного края, членом Государственного Совета Российской империи. Был также главой Минского общества сельского хозяйства и тридцать пять лет занимал должность почетного судьи Слуцкого уезда, где находилось его родовое поместье. К политике Эдвард Адам был равнодушен, занимался экономикой, экспортом-импортом, внедрением передовых технологий. В начале прошлого века он пожертвовал Минску огромные деньги на возведение храма Симеона и Елены в память безвременно ушедших из жизни своих детей. Строительство храма было окончено в 1910 году, и в народе он сразу получил название “Красный костел”. Возводили его архитекторы итальянец Маркони и поляк Кояздерский. Каждый кирпичик привезли из Варшавы, обернутый в фольгу, а в раствор для прочности добавляли яичный белок. События 17-го года вынудили Войнилловича обратиться к политике, на его деньги издавалась газета “Вольная Беларусь”. После реквизиции помещичьих имений пан Эдвард Адам остался гол аки сокол и эмигрировал под крылышко Пилсудского. В 1928 году он умер в городе Бидгощ в восьмидесятилетнем возрасте. А в позапрошлом году прах этого неординарного человека был перевезен в Минск и перезахоронен у стены Красного костела.

Неудивительно и даже само собой разумеется, что в наши дни, уже по прошествии почти что века, сведущие люди решили увековечить память аристократа, немало сделавшего для столицы Беларуси. И предприняли в этом направлении определенные шаги. Осенью комиссия по наименованию и переименованию улиц при Мингорисполкоме решила просить о переименовании улицы Берсона в улицу Войнилловича. Депутаты Мингорсовета поддержали эту просьбу. Однако Министерство юстиции не удовлетворило просьбу Мингорсовета о переименовании улицы, мотивировав свой отказ тем, что решение депутатов не прошло экспертизу в установленном порядке. Автор этих строк полагает, что имеет полное право вмешаться в спор как автор повести “Красный костел” о Нарочанском сражении марта 1916 года...

Зачем, уважаемые господа-товарищи, копья ломать? Есть ведь простой выход из сложившейся ситуации. К храму примыкает очень уютный скверик с красивым фонтаном, с остальных сторон он очерчен зданиями ресторана “Папараць-кветка”, гостиницы “Минск” и Комитета по архитектуре Мингорисполкома. Самое разумное сейчас — назвать скверик именем Войнилловича. Вопрос будет исчерпан...

Зачем нам сегодня сталкивать лбами шляхтича Войнилловича и революционера Берсона? Оба имени стали частью нашей истории.