Найди меня, мама

А в состав жюри вошли заместители начальника РУВД Василий Кузьмич Лизун, Владимир Александрович Микульчик, заместитель начальника ИДН Московского района Владимир Георгиевич Косик, заведующая канцелярией УП “НИИСМ” Маргарита Анатольевна Змеевская, директор детского дома №8 Николай Владимирович Жигамонт.

Итак, в соревновании участвовали две команды: “Елочка”, в состав которой входили десять ребят и участковый инспектор по делам несовершеннолетних Максим Михайлович Беляк, и “Снежинка” — с участковым инспектором по делам несовершеннолетних Александром Михайловичем Черкасом. Соревновались в девяти конкурсах: “Эстафета с мячами”, “Посади и убери картофель”, “Тоннель”, “Гонка мячей”, “Извозчик”, “Передал — садись”, “Снеговик”, “Веселый калейдоскоп”, “Перетягивание каната”. Если сначала воспитанники были несколько зажаты, то уже после первого конкурса эмоции и игроков, и болельщиков было не остановить. Что за атмосфера царила в небольшом спортивном зале детского дома!

А в перерывах между конкурсами зрители увидели выступления мальчишек, танцевавших брейк-данс, девочка Юлия спела песню “Останусь”, воспитанницы Света и Наташа — “Если в сердце живет любовь”.

Поочередно конкурсы выигрывала каждая команда, но в итоге победила дружба. Все участники получили большое удовольствие от соревнований. Теперь воспитанников детского дома ждут еще два мероприятия: поездка в Силичи с инспекторами ИДН и футбольный матч с командой Московского РУВД.

Все-таки приятно, что наши минские милиционеры не только охраняют правопорядок, но и помогают детдомовцам обрести уверенность в своих силах, почувствовать заботу.

Засыпал мальчик на стульчике, опершись локотками на подоконник. Старая нянечка Надежда Ивановна аккуратно переносила его на кроватку. Малыш вздрагивал, сворачивался калачиком и забывался тревожным сном. Казалось, даже по ту сторону реальности он кого-то искал, ждал, звал. Воспитатели волновались, уж не заболел ли их Иванушка. По всем признакам он был здоров, не считая его врожденного недуга. Мальчик страдал ихтиозом. Болезнь съедала всю его кожу. Малышу шел третий годик, когда у него появилась сестричка. Родители не хотели, чтобы сын пугал своим видом дочь, и отдали Ваню на воспитание государству. Поначалу приезжали раз в месяц, потом раз в полгода, а затем и вовсе забыли о мальчике. Так бывает, родные вдруг становятся чужими в тот самый час, когда они так необходимы. Ваня никогда не плакал, только его подруга кисточка одиноко гуляла по бумаге и выпивала черную гуашь до дна. На каждом листе своего затертого альбома мальчик рисовал одну и ту же картину: дом, в котором нет окон, а на двери висит большой замок. В детдоме уже три года его верными друзьями оставались карандаши и краски. К рисованию у Вани были большие способности. Дети же сторонились мальчика. Может быть, их отталкивало его усеянное болячками личико. Или у ребят не получалось преодолеть ту холодность, за которой он, чувствуя на себе недоуменные взгляды, прятался от людей.

Но один друг у Вани все-таки был — девочка Ветта. Виолетта оказалась в детском доме вскоре после Ивана, когда ей было три годика. Родители малышки погибли в аварии. Ветта не расставалась со своими куколками, как Ваня с альбомом. Однако девочка не умела сдерживать слезы, которые набегали на глаза каждый вечер, когда воспитательница собирала детей в кружок, чтобы почитать им книжку. В эти минуты малышка видела в лице девушки то маму, то папу. Они сидели у кроватки Ветты и рассказывали дочери ее любимую сказку “Аленький цветочек”. Тогда Ваня брал свои рисунки, шел к девочке и показывал ей пейзажи. Потом помогал Виолетте расчесывать и укладывать спать ее кукол. А летом в песочнице малыши лепили фигурки разных животных. Так они нежно дружили три года, пока однажды за Веттой не пришли приемные родители. Сначала они подолгу гуляли с девочкой в парке, потом стали забирать к себе на выходные. Виолетте нравилась эта молодая пара. В такие дни грустили на полке Ванины карандаши. Когда группа выходила на прогулку, мальчик прятался под шляпку деревянного гриба, что “вырос” прошлой весной на игровой площадке и “переливал” в ручках горячие струи песка.

И вот Ветта уехала навсегда. Ваня не вышел попрощаться со своей подругой. В эти минуты мальчик впервые за много лет заплакал. Но об этом знали только он и его кисточка. Она не могла рисовать, потому что каждый ее след стирали соленые слезинки. А на песке под дождем таяли медвежонок и зайчонок, которых совсем недавно сюда посадили два друга.

Ваня все глядел в грязную даль, за высокий забор детского дома и чего-то ждал вопреки разлуке и серому небу.

— Ванюша, вернись, — испугалась нянечка, когда мальчик выбежал из комнаты и помчался на ночное крыльцо. Сначала над черным асфальтом показался синий вязаный беретик, потом знакомое васильковое пальтишко. С рюкзачком за плечами, раздвигая стену дождя, бежал навстречу его единственный, самый дорогой в мире друг...

Это очень мало. Сейчас вообще наблюдается тенденция, что число детей-сирот в стране не увеличивается, но усыновляют их все меньше. Если в начале 1990-х годов речь шла о 1500 усыновлений в год, то теперь — о 300—400.

Председатель Международного общественного объединения “Понимание” Андрей Маханько заметил: “Нельзя сказать, что белорусы не способны к сочувствию. Однако в обществе, на мой взгляд, сложился достаточно противоречивый образ ребенка-сироты, не позволяющий сказать — да, я готов воспитать ребенка, я в состоянии справиться с этим. Люди полагают, что их ответственность в случае с приемным ребенком будет гораздо большей, чем при воспитании своего ребенка. Это хорошо для детей, но может стать и препятствием, которое невозможно преодолеть для потенциальных родителей”.

Еще одна причина, на которую обратил внимание специалист, — уровень жизни в Беларуси. “Большинство людей, морально способных усыновить ребенка, не могут сделать это в силу материальных причин”.

Приоритет в усыновлении отдан соотечественникам. Заместитель министра образования Татьяна Ковалева считает, что должна быть проведена планомерная работа по нахождению ребенку белорусской семьи и учтено, есть ли у ребенка родственники, желают ли они взять ребенка под опеку. Обязательно необходимо выяснить, есть ли у него братья или сестры — ведь очень важно сохранять родственные связи.

Теперь Национальный центр усыновления работает с усыновителями в рамках положения, принятого Советом Министров, об утверждении порядка согласования процедуры международного усыновления и взаимодействия с компетентными организациями иностранных государств в рамках данной процедуры.

Усыновление осуществляется только гражданами тех стран, с которыми заключены соответствующие соглашения. Сегодня это только Италия.

Теперь вопрос о международном усыновлении в течение месяца рассматривается в местных органах опеки и попечительства, затем 15 дней в Национальном центре усыновления и отправляется на резюме министру образования.