Виктор Горячко не выходит во двор уже девять лет. На людей, гуляющих по улице, он смотрит из окна кухни. "Обидно, знаете, столько времени в четырех стенах. А как выйти?" — обращается ко мне с вопросом инвалид первой группы. Что ему ответить, я не знаю...
“Безногий, как бревнышко”, — называет сам себя Виктор Александрович. В 1997 году мужчине отняли одну ногу, в 2001-м — вторую. Никто не думал-не гадал, что так случится. Всю жизнь герой этой статьи, скажем так, активничал: семнадцать лет работал в Мингазе, два года — домоуправом, потом мастером, начальником цеха в ремонтной организации, обслуживающей больницы и поликлиники. Неоднократно его награждали дипломами — занимал призовые места в соревнованиях по бегу. А что болел большой палец на ноге — так подумаешь... редко ли у кого болят ноги? Однако через какое-то время врачи сказали: кровь плохо поступает в конечности и необходимо делать операцию. После нее многие чуть ли не бегают... Но случилось, как видите, все наоборот.
Мы не будем разбираться и судить о том, была ли это врачебная недоработка. Не будем также, безысходно охая да ахая, рассказывать плачевную историю и размышлять об обреченности жизни безногого инвалида. Настало время вполне конкретно спросить: почему инвалиды — граждане нашей страны, законно наделенные такими же правами, как и все остальные, в реальности лишены элементарного права на свободное передвижение по улице? Почему квартиры спланированы так, что инвалид там может свернуть себе голову?
Прыгает по квартире, как кенгуру
Ванная комната. Невооруженным глазом вижу, что в проем 60 сантиметров Виктор Горячко никак не заезжает. Да и вспомните про порог, который можно лишь переступить. Как помыться? Мне демонстрируют подноготную этого “важного” мероприятия. В ванную комнату жена ставит табуретку, на нее инвалид, опираясь на руки, перепрыгивает с коляски, потом скачет на вторую табуретку — уже ближе к цели и, наконец, предстоит последний скачок на табурет, поставленный непосредственно в ванной.
— Прыгаю, как кенгуру, — точно замечает мужчина.
— А я всегда так нервничаю! Если что, где ж я его удержу? — волнуется жена.
С туалетом — та же история. Не буду вдаваться в подробности, но, поверьте, увиденная самодельная конструкция немало удивила. А что еще остается людям?
Дальше — кухня. Когда Виктор Александрович туда втискивался (и это со снятыми ободками с коляски), я аж невольно напряглась: хоть бы мужчина проехал ровно по линеечке и не врезался в косяк. А обцарапанные двери — так это уже норма.
Теперь двинемся к входной двери, за которой общий коридор. Однажды, когда дома никого не было, позвонили в дверь. Виктор Александрович поехал открывать ...себе на “удачу”. Не смог преодолеть порог, свалился с коляски, потерял сознание...
Короче, всюду барьеры. Вот еще и лифт (кстати, живет мужчина на восьмом этаже). Тот, кто пытался войти туда с детской коляской, знает, как это непросто — она еле вмещается. А с инвалидной это возможно лишь в том случае, если снять с колес опять-таки ободки, за которые крутят руками. В результате приходится передвигаться, крутя сами колеса — грязные ли, мокрые ли... Дома еще ладно, а вот на улице...
Впрочем, на улицу наш герой никак не попадает. Спуститься вниз — еще возможно. А как потом? Лифт в доме инвалида-колясочника начинается со второго этажа — и это еще одна проблема. Хотя я бы сказала резче — элементарный плевок в сторону людей с нарушениями опорно-двигательного аппарата. Чтобы глотнуть воздуха, моему собеседнику надо преодолеть два лестничных пролета до первого этажа плюс еще один около почтовых ящиков. Без пандусов... Реально? Раньше отца на руках выносили сыновья. Теперь некому — похоронили обоих... А обращаться к чужим людям — так ведь никто не хочет таскать за бесплатно.
“Разумеется, я много раз просил чиновников сделать пандусы в подъезде, но, по их словам, это было невыполнимо”, — говорит Виктор Горячко. Что случилось в этом году — для мужчины даже странно, но из родного ЖЭС-120 Октябрьского района пришел работник и начал измерять инвалидную коляску. “Да не нужен мне сплошной пандус, залитый бетоном! Достаточно будет обычного”, — не стал предъявлять высокие требования Горячко. “А у вас трубы для поручней есть?” — немало удивил работник ЖЭСа. Откуда?
Вскоре молодой человек взялся за работу. Сделанный им пандус около почтовых ящиков и сейчас не закончен — “забыл” о поручнях. То ли трубы не нашел, то ли еще какие причины... Однако не принялся работник жилищно-коммунальной службы и за лестницы, ведущие на второй этаж к лифту. Исчез куда-то. Ребус помог разгадать звонок из ЖРЭО Октябрьского района. Виктору Александровичу сообщили: к ним поступило заявление от жильцов подъезда, что они против пандусов — не хотят, чтобы сужалась ширина лестничного прохода.
— Куда ж я против людей пойду? — с грустью в глазах рассуждает мой собеседник. — С 1980 года живу в этом доме, всех соседей знаю, меня все знают.
...Ой, кто думал, что так получится.
Строить уже давно пора по-новому
Да уж... Домов, не предусмотренных для инвалидов-колясочников, у нас не просто много — их большинство. К сожалению, в советские времена при планировке и строительстве домов совсем не думали о нуждах людей с нарушениями опорно-двигательного аппарата. Будто таковых и не было.
Однако как обстоят дела сейчас? До какой поры еще колясочникам сидеть взаперти и мастерить ОЧумелые (в смысле очень умелые) конструкции в своих квартирах? В этом вопросе помогла разобраться доцент кафедры архитектуры жилых и общественных зданий архитектурного факультета БНТУ Наталья Лазовская. Она одна из первых, всерьез обратившая внимание на вопросы безбарьерного перемещения маломобильных граждан и даже защитившая кандидатскую диссертацию.
— “Вспомнили” об инвалидах у нас только в начале 90-х годов, — говорит Наталья Александровна. — По инициативе Республиканского общества инвалидов на архитектурном факультете были начаты специальные научные исследования по формированию жилой среды, доступной как для инвалидов, так и для престарелых, временно травмированных, мам с колясками. Опрашивали инвалидов и членов их семей, обследовали городское пространство и жилые дома, поликлиники, аптеки и т.д Студенты-архитекторы выполняли экспериментальные курсовые и дипломные проекты по созданию безбарьерной среды. В итоге в 1995—1997 годах были внесены изменения в строительные нормы и правила (СНиП) по жилым, общественным и административным зданиям, а также разработаны строительные нормы (СНБ) по улицам и дорогам.
Итак, не терпится узнать, какие требования нынче предъявляются при строительстве жилых домов (заметим, абсолютно всех) и, главное, соблюдаются ли они? Конечно, дома старой постройки “вне конкуренции”, но те что поновее... Давайте проверим. (СНиП предоставила моя собеседница, спасибо ей за это).
Прежде всего, в нормах закреплено строительство пандусов при входе во ВСЕ здания. В жилых домах у крыльца подъезда их ширина должна быть не менее 1 метра 20 сантиметров. С обеих сторон пандусов необходимо устанавливать ограждения с двойными поручнями на высоте 70 и 90 сантиметров и в обхват 3—5 сантиметров, чтобы инвалид мог за них удержаться.
Далее. Ширина лифтовых дверей обязана быть 85 сантиметров (для сравнения, повсеместно — 70), подъездных и квартирных — 90. Кроме того, нормами закреплено, что на пути к лифту не должно быть препятствия в виде лестничного марша. Входы в лифты и мусоропроводы запрещается устанавливать на промежуточных лестничных площадках.
А теперь квартиры. Какие они, идеальные? Ширина коридора — метр двадцать, размер ванны — 2,20 на 2,20 метра, туалета — 1,60 на 2,20. Высота подоконников не менее 45 сантиметров, но и не более 70. Не выше метра от пола должны находиться выключатели, различные ручки и рычаги. Разумеется, исключены всевозможные пороги — на балкон, в ванную-туалет, в общий коридор, при въезде в подъезд и т.д.
Конечно, это не все строительные нормы и правила — лишь основные на наш взгляд. Но и они впечатляют. Если честно, мне не доводилось бывать в таких “правильных” домах. Видимо, их еще крайне мало... Но говорят, среди новостроек таковые все же есть.
Сделали — отчитались, а как пользоваться?
— Действительно, в соответствии с нормами кое-что у нас построено, — слышу от Натальи Лазовской. — Но, знаете, иногда складывается впечатление, будто все это делалось для отчета. Взять, например, пандусы. Пользоваться многими из них инвалиды не могут!
Что же, мы специально с фотокорреспондентом вышли на главный проспект нашего города и прошли пешком от редакции (ст.м. “Площадь Победы”) до железнодорожного вокзала (ст.м. “Площадь Независимости”) дабы увидеть своими глазами, что у нас сделано и что недоделано. Ну, думали, чего-чего, а проблемы с отсутствием пандусов в центре столицы нет. Ошибались. Если в сторону пл.Якуба Коласа они встречались частенько, то на пути к пл.Независимости мы диву давались! Ни у входа в новомодные бутики и магазины, ни в кафе и рестораны...
Картина вторая. Представьте себе: по пандусу спокойно поднимается инвалид на коляске, и вдруг дверь магазина открывается ...непосредственно на него. Ну как тут не согласиться с доцентом архитектурного факультета, что построено ради галочки! Кстати, только по дороге от нашей редакции до филармонии я насчитала три таких пандуса, “целующихся” со входными дверями.
— Еще они достаточно скользкие в дождливую и морозную погоду, — говорит Наталья Лазовская. — А кто-нибудь вообще пробовал пользоваться пандусами при спуске в метро? Если в норме уклон до 12 градусов, то здесь порядка 35! И сам инвалид не съедет, и сопровождающий коляску не удержит. Максимум — мамы с детьми. Да и поручни не везде установлены (пройдя по городу, хочется это с уверенностью подтвердить. — Авт.).
Какой выход? По словам моей собеседницы, около подземных пешеходных переходов можно построить лифты (какие уже есть в районе железнодорожного вокзала, Червенского рынка, ст.м.”Спортивная”), небольшие индивидуальные подъемники.
— Как архитектор могу заверить, что все это реально, — отметила Наталья Александровна.
Что же касается студентов-архитекторов, то спрос с них по вопросам безбарьерной среды отныне большой. На каждом курсе будущих специалистов обучают проектированию разных типов зданий, обязательно приспособленных к требованиям маломобильных граждан. Помимо этого, в проектах реконструкции жилых зданий молодежь ищет различные варианты переделки типовых домов и квартир под возможности инвалидов — пристраиваются пандусы и лифты, расширяются параметры внеквартирных коридоров, иногда убирается перегородка в санузле, порой — кладовые и шкафы в прихожей и таким образом расширяются ее параметры. “Мы не пропускаем дипломные проекты, в которых не отработаны вопросы безбарьерной среды”, — заметила доцент.
Этим вопросом просто не занимались
О проблеме, затронутой сегодня, городские власти знают. На одном из заседаний Мингорисполкома его председатель Михаил Павлов критически оценил ситуацию, заметив, что соответствующие организации этим вопросом просто не занимались. По мнению главы города, нет никаких проблем, чтобы решить вопрос безбарьерного перемещения в течение 2—3 лет. И для этого не нужны такие уж огромные затраты. Михаил Яковлевич потребовал тогда пройтись абсолютно по всем объектам и всех поставить под напряжение.
А пока в столице лишь 30 процентов объектов (включая жилой комплекс) полностью доступны для инвалидов. Процент низкий. Количество же людей с ограниченными возможностями, проживающих сегодня в Минске, внушительное — более 105 тысяч! Из них свыше четырех тысяч — до восемнадцати лет, 1553 — колясочника, среди которых 151 одинокий. И цифры эти растут: по сравнению с 2002 годом численность такой категории граждан возросла на 19 тысяч человек.
...Третьего декабря в нашей республике отмечается День инвалидов. Хотя правильно ли сказать “отмечается”? На мой взгляд, эта дата существует для того, чтобы напомнить общественности о проблемах обделенных судьбою людей и не остаться безучастными и равнодушными. Да будет так.
НА СНИМКАХ: Виктор Горячко; в кухню стандартных размеров он может втиснуться, только если снимет ободки с колес коляски (за которые крутят); доцент архитектурного факультета БНТУ Наталья Лазовская; спуск на станцию метро или дорога в бесконечность... В мокрую погоду по нему можно скатиться кубарем. А ведь поручни здесь обязаны быть по нормам; Лишь бы построить? Входная дверь не должна открываться на пандус; вот такой лифт (в районе железнодорожного вокзала) в идеале стоило бы построить около каждого подземного перехода.
Наталья Романовская. Фото Валерия Харченко.
|
