Звонница

Второе дивное откровение, смысл которого еще предстоит осознать, произошло во время паломнической поездки на Валаам. Когда группа плыла на теплоходе по Ладоге, страдая от укачивания, я прикрыла глаза. Именно в это время перед ними все расступилось, и я увидела плывущие на волнах огромные черные кресты. Ладожское озеро ими было усеяно. В смятении я подняла голову к небу, по нему тоже поплыли такие же кресты. Обеспокоенная невероятным, по земным меркам, явлением, на Острове Коневец я исповедовала это пожилому монаху. Тяжело вздохнув, он пояснил, что это предупреждение, живущие по заповедям Божьим люди о нем знают.

Третье диво произошло в Карелии в Александро-Свирском мужском монастыре. Когда наш двухэтажный автобус отходил от этой обители, перед моими, как и в предыдущих случаях, закрытыми глазами, предстал находящийся на территории, в то время еще действующей, психиатрической больницы старинный храм. До креста он был погружен в воду.

Как говорил недавно почивший духовник Псково-Печерского монастыря архимандрит Иоанн Крестьянкин, Творец жизни “стучит и стучит в души человеческие, без устали и без отдыха, чтобы спасти еще возможно некоторых. Мир же безответен перед Богом. И не Бог будет судить мир, мир сам осудит себя, будучи поставлен перед своей вопиющей неправдой. И не будет на земле человека, которому бы на тропе его жизни не встретился Господь со своим словом правды, словом любви, словом великого долготерпения. И не будет на земле человека, чьего бы сердца не коснулось веяние зова Божиего. Этот зов ведь слышится не только в голосе Церкви, но и в голосе совести человека, и в обстоятельствах его жизни. Слышал человек, но не ответил, не захотел ответить...” Великий Старец не раз повторял, что Господь не может спасти нас без нашего участия. Великий дар свободы делает нас соработниками Богу или соучастниками врага рода человеческого. “Сегодня на наших глазах, — предупреждал он, — происходит едва ли не последний, страшный натиск сил ада на то, что еще хранит остатки истинной Божественной духовности... Надо всецело предаться Богу и молитвой ограждать себя на всякий час. На ниве души должен стоять неусыпный страж — чистая совесть. А огонь Божественной любви и пламенное желание Вечной жизни родят молитву, и Божия благодать, привлеченная ею, сделает нас непоколебимо стоящими в истине”.

Ответив на призыв нашего современника, митрополита и старца Иоанна Санкт-Петербургского и Ладожского: “Восстанем же братия! Будем бдительны. Облечемся в святую ревность, отринем уныние и робость! Приведем жизнь свою в соответствие со спасительным вероучением Православной Церкви”, вооружившись словом Божиим, крестами и Чудотворными иконами, отправились по городам и весям крестоходцы-миротворцы. Многие из тех, кого позвал в дорогу голос души, опытные ходоки, так как участвовали в трех многодневных Крестных походах.

По воле Божией и трудам минчанина Михаила Валахановича на днях мне довелось не только пообщаться с участниками Второго Международного крестного хода, но и самой стать крестоходкой.

Выехав с алтарником одного из столичных храмов Михаилом Валахановичем 11 мая поутру из Минска, к вечеру мы уже были в Свято-Успенской Почаевской Лавре. К моему удивлению, как и в поселке Локоть Брянской области, у ее массивных кованых ворот первым нас встретил хозяин шествующей во главе Второго Международного Крестного хода чудотворной мироточивой иконы Матери Божией “Умиление” Локотская Виктор Владимирович Ремизов. Поставив машину на стоянку, мы устремились туда, откуда доносилось проникновенное молитвенное пение — в величественный Почаевский Успенский собор.

Переступив порог дома Пресвятой Богородицы, преподобного Иова, игумена Почаевского и последнего святого ХХ века схиигумена Амфилохия, я с трепетом подошла к латунной ограде, за которой возвышался бронзовый позолоченный ковчег с изображением Стопы Матери Божией, — свидетельство о чуде, произошедшем на горе Почаевской в далеком 1240 году. Если вам когда-либо доведется побывать в Свято-Успенской Почаевской Лавре, ее гостеприимные насельники — монахи и послушники, которых здесь уже более 150, обязательно расскажут вам о том, как однажды ночью на “Горе Почаевской” в огненном столпе явилась Богородица. Открывшись людям, она поднялась на небо, оставив на скале четкий След своей правой Стопы. С той поры Цельбоносная Стопа стала наполняться водой, которая никогда не убывает. Именно на том месте сейчас и стоит Успенский собор. Приложившись к благодатной святыньке и испив чудодейственной водицы, я устремила свой взор к украшенной золотом и драгоценными камнями Чудотворной иконе, находящейся в Почаевской обители более четырехсот лет и изображающей Матерь Божию с Предвечным Младенцем на руке.

Каждый день в пять часов утра в соборе, освященном только лампадами, монастырская братия служит полунощницу, после которой сверху на двух шелковых лентах опускается Чудотворный образ Царицы Небесной. Прикладываются к нему паломники с особым чувством, так как знают, что он не раз творил чудеса.

Но святая икона, оставленная в середине ХVI века греческим митрополитом Неофитом благочестивой православной помещице Анне Гойской, не сразу стала являть благодатную силу. Только по истечении 30 лет домашние заметили исходящий от нее необычный свет. Произошло это в 1597 году, в разгар церковной унии, введенной Брестским собором в 1596 году. В Лавре усматривают в этом особый промысел Божий, который с горькими испытаниями со стороны унии послал нашим предкам благодатное утешение — Чудотворный образ Матери Божией. Но завещанный Анной Гойской монастырю Чудотворный образ ее наследником Андреем Фирлеем, натравившим 10 июня 1623 года на обитель шайку буйных слуг, был увезен. Более 20 лет в забвении находился святой образ у безбожного Фирлея. В 1641 году, ведя судебную тяжбу с Почаевской обителью, “на большее поругание веры православной” и потеху гостям, Фирлей нарядил жену в церковные облачения и дал ей в руки потир. Изрекая хулу, ряженая хотела взять принесенный им Чудотворный образ, но Пречистая не допустила поругания Своей иконы. На жену Фирлея “напал бес лютый”, который сотрясал ее до тех пор, пока святыня не была возвращена обители. С того времени дивная икона никогда не покидала Лавру. В сказаниях “Почаевской Горы” засвидетельствовано множество знамений и чудес, совершившихся от этой Чудотворной иконы. Когда в 1675 году над обителью нависла смертельная опасность, над Свято-Троицкой церковью в необычайном сиянии явились Царица Небесная, ангелы и Преподобный Иов, игумен Почаевский и до смерти напугали турецкое войско. Происходят в Лавре чудеса и сейчас. В 2002 году у благодатного образа получила исцеление больных ног еле передвигавшаяся прихожанка Нижегородской епархии Галина Ивановна. Это засвидетельствовал священник Леонид (Тимин).

Переночевав в расписном Свято-Троицком храме возле древних святынь и шествующих по Украине Крестным ходом мироточивых икон, избавилась от многолетней ноющей боли в левом подреберье и я. Ночью в желудке что-то кольнуло, затем я ощутила это же в больных ногах. То, что произошло на другой день, натолкнуло на мысль, что мое исцеление не было случайным. Как не была случайной и моя поездка в милую моему сердцу Почаевскую обитель.

Со всей Великой Руси съехались паломники в престольный Успенский собор Почаевской Лавры на празднование Дня памяти прозорливого современника, последнего святого ХХ века схиигумена Амфилохия. Нескончаемым потоком шли 11 и 12 мая поутру к установленной под сводами древнего Успенского собора раке с нетленными мощами любимого старца. Привел Господь сюда и женщину, у которой несколько лет назад бывший муж выкрал и увез в Арабские Эмираты сына Ваню — алтарника одного из белорусских православных храмов. Сколько слез пролила эта хрупкая женщина, сколько порогов обила в надежде на возвращение сына, но так ничего и не добилась. Часто думала я об этой страдалице и нежданно-негаданно в Почаевской Лавре увидела ее вновь. Мою знакомую было трудно узнать. Повернувшись на окликнувший меня голос, я увидела большие, изливающие нерастраченную материнскую любовь глаза. Передо мной стояла Алла, но была она уже послушницей Свято-Боголюбского женского монастыря...

После совершенной лаврской братией и сонмом священнослужителей торжественной Божественной Литургии, Крестным ходом рака с мощами схиигумена Амфилохия была доставлена на постоянное место — в Пещерную церковь. Засобирались в дальнейший путь и крестоходцы. Побеседовав с некоторыми из них, намеревалась отправиться домой и я, но, приняв приглашение руководителя этого искупительно-спасительного шествия Юрия Ивановича Шишкова, пополнила многонациональный, разновозрастной отряд крестоходцев-миротворцев.

Обогнув Почаевскую Лавру и выйдя на дорогу, наш духоносный поезд ускорил свой ход. К его преображенным походной жизнью пламенным молитвенникам присоединились еще несколько братьев и сестер. Среди них особенно выделялись лаврские монахи, передвигавшийся на коляске с ручным управлением загорелый мужчина и худенькая женщина с четырехлетним сыном на руках.

Святому Антонию Великому в видении был показан мир последних времен. Он, как паутиной, был весь опутан дьявольскими цепями. По словам афонских старцев, вырваться из них сложно, но, объединившись и вооружившись крестом, молитвой и святыми образами, разорвать их можно. Вот и идут по славянской земле крестоходцы. Выстроившись в несколько рядов, наш духоносный поезд следовал под непрестанное пение Иисусовой молитвы. Это благостное моление взбадривало и придавало сил следовать дальше. Зная, что отставших не ждут, я изо всех сил старалась не оказаться в хвосте. Но перенесенные операции, предпенсионный возраст и отсутствие строевой подготовки вскоре дали о себе знать. Однако, попеременно протягивая мне руку помощи, руководитель Крестного хода Юрий Иванович Шишков, участница двух международных крестных шествий, исполнительница дивных духовных песен Елена Солнцева и строгий, но в душе переживающий за всех и вся минчанин Михаил Валаханович не дали мне сойти с дистанции.

Благодаря закаленным и духовно просветленным опекунам, к вечеру я оказалась в находящемся в 28 километрах от Почаева цветущем городе Кременце. На подступах к нему под звон колоколов с хоругвями, крестами и святыми образами наш духоносный Крестный ход торжественно встретили священнослужители Кременецкого собора, послушницы и монахини Свято-Богоявленского кременецкого женского монастыря и многочисленные миряне. Во главе вышедшей навстречу крестоходцам колонне был высокий, излучающий доброту и милосердие Высокопреосвященный Сергий, Архиепископ Тернопольский и Кременецкий. Сердечно поприветствовав нас и пожелав помощи Божией, Высокопреосвященный Сергий присоединился к Крестному ходу, последовали за нами и все, кто его ждал.

Так, осыпанные цветами, сердечными приветствиями, под благостный колокольный звон, пение Иисусовой молитвы и неустанное окропление владыкой Сергием всех желающих святой водой, уставшие, но вдохновленные и ободренные участники Крестного хода вошли на территорию Свято-Богоявленского монастыря. Встречать нас вышли игумения этой благолепной обители Марионилла (Панасюк), все насельницы и даже старенькая схимонахиня. В Богоявленском соборе, обращаясь к происутствующим, протоиерей Василий сказал: “То, что мы принимаем у себя таких молитвенников и их дивные святыни, милость Господа. Если бы мы, братья и сестры, не имели таких молитвенников, то кто бы нас спасал! Если бы мы не имели соборы святых угодников Божиих, то кто бы нас просвещал, кто бы нас касался своею благодатию! Поэтому мы молитвенно просим, чтобы они не оставили нас! Паломники, которые несут труды за всех нас, спасают всех людей, всех грешных. Помоги, Господи, вам!”

Произнес пламенную речь в соборе и владыка Сергий. После того как сопровождаемый благодарными прихожанами владыка приблизился к выходу, я задала ему несколько вопросов.

— По тому, как нас встретили, мы ощутили, что народ в вашей епархии истинно верующий. Как вам удалось добиться взаимопонимания и единства?

— Я тут ни при чем, — улыбнувшись, ответил владыка. — Я вошел в то жизненное пространство, где живет наш народ, в котором главным является Святыня Почаевская. Она не только объединяет, смиряет, но и утешает. А мы просто входим в эту Радость...

— Как вы знаете, девиз нынешнего Международного крестного хода “Любовью и единением спасемся”, как вы думаете, будут ли едины наши, терпящие скорби разделений, славянские народы?

— Мы как верующие люди понимаем, что все в руках Божиих, — ответил владыка. — Мы должны просить, молить Бога, доброделание делать. Наша задача — идти к этой цели, но достичь ее — это благословение Божие. Удастся ли это сделать, никто не знает. Главное, чтобы мы стремились к этому. Если мы будем готовы, Господь хоть завтра сделает так, как мы хотим. А если будут одни слова, успеха не жди.

— Хотелось бы услышать ваше мнение по поводу Крестного хода. То, что он идет по славянской земле, хорошо?

— Крестный ход — это символ благодати Божией, символ воскресения. Но очень важно, чтобы был он благословлен. Нужно все глобальные мероприятия делать с благословения.

Понимая, какой труд мне предстоит, я испросила у владыки Сергия благословения на написание этого материала. И, как видите, пишу.

Пройдя несколько благодатных километров с крестоходцами, прочувствовав все тяготы их походной жизни, я ощутила с некоторыми из сестер и братьев незримое духовное родство. Думаю, именно оно способствовало нашим совместным молитвам, задушевным разговорам и даже пению духовных песен. Представьте себе такую картину: тихая украинская ночь, заснувший монастырь и доносящееся из припаркованного во дворе обители микроавтобуса ангельское пение. Да простит меня участница двух международных крестных ходов россиянка Елена Солнцева за это сравнение, но ее дивный голосок до сих пор звучит в моей душе. Слышали бы вы, как, аккомпанируя себе на гитаре, возвышенно и проникновенно Леночка пела! Каждое слово ее высокодуховных песен находило живой отклик. А когда, призванный на помощь, ей вдохновенно стал подпевать псаломщик одной из курских церквей Дмитрий, с которым, как оказалось, за время крестных ходов был дан не один успешный концерт, моя душа зарыдала.

Уловив это, присоединившийся к нам Юрий Иванович Шишков поведал, что в одной из воинских частей во время исполнения Еленой и Дмитрием песен на талантливые божественные стихи послушницы Задонского монастыря Ольги Коноваловой и крестоходки Лии Обезюрьчик, первые пять рядов военнослужащих стали на колени. И неудивительно, ведь в одной из песен были эти незабываемые строки: “Поколению нашему день ото дня надо столько исправить всего и понять. Нам бы вырваться только из этого дна, чтобы нашу Отчизну спасти и поднять...” Признаюсь, такого исполнения, как в Крестном ходе, я не слышала ранее никогда.

— Человек пять, правда, позже белорусов в нем стало больше. Костяк же крестоходцев составляли жители Курска. Были в нем верующие из Брянска, Кирова, Киева, Одессы... Каждый день на нашем пути представали новые храмы, новые люди, новые приходы. Проведению Крестного хода содействовало письмо президента Приднестровья, гостеприимство благочинных, которые передавали нас из рук в руки. Несколько ночей мы провели в пансионатах, иногда для отдыха нам предоставляли храмы, а в глухих селах жители разбирали нас по домам. То, что они нам были рады, мы ощущали постоянно.

— За пятнадцать лет там многое пришло в упадок, поля “простаивают”. Люди выращивают овощи и фрукты только для себя, поэтому многие выезжают.

— В Тирасполе мы посетили монахиню в миру, у которой, как в поселке Локоть Брянской области, в квартире мироточат все иконы. Есть там и кровоточивая икона Спасителя. Памятны встречи и с миротворцами Приднестровья, воспитанниками детского дома-интерната, в котором живут 300 ощущающих нужду в самом необходимом — книгах, альбомах для рисования, карандашах — детишек...

— Адрес их школы таков: Приднестровская Молдавская Республика, Слободейский район, село Глинное, ул. Котовского, 1, детский дом-интернат.

— Многие натерли ноги, но я хорошо подобрал обувь. А так всякое бывало: то донимали холода, то жара, а то приходилось идти и под дождем. Но мы были благодарны Богу за всё...

— Я росла в верующей семье, у нас принято было соблюдать церковные праздники. Так что с детства по жизни иду с Богом. Когда сыну было 12 лет, в Минском Свято-Духовом соборе открыли воскресную школу, я его туда водила и сама постигала слово Божие. Хотя сын не пошел в священники, а стал архитектором, живет сейчас с крестом...

— В прошлом году, когда проходил Международный Крестный ход “Москва—Минск—Киев”, Господь сподобил меня пройти с ним по Минску 18 км. После этого я загорелась присоединиться к нему. Заработав несколько отгулов, поехала с одной из сестер в Украину и мы дошли с крестным ходом до Киева. В этом году я тоже взяла отпуск, и с сестрой Еленой мы поехали в Одессу...

— Да, нам сказали, что так посоветовали старцы, которые также говорили, что нам нужно обязательно дойти до Троице-Сергиевой Лавры...

— Встречи с людьми, которые чувствовали себя покинутыми. Когда мы приходили с мироточивыми иконами, они радовались. Многие воспряли духом и заявили, что теперь будут жить благодатью, которую получили от нас.

— Всегда передо мной стоят минчанка Елена Лагай, наш молитвенничек, первый помощник руководителя и путеводитель Сергий, сдержанный и очень простой глава крестного хода Юрий Иванович Шишков. Да разве всех назовешь...

— Второй. В нынешнем Крестном ходу мы прошли по территории Молдавии, Приднестровью, Украине. Люди везде встречали нас приветливо и гостеприимно. Когды мы бывали мокрыми, давали сухие вещи...

— Их было много. В Тульчине на Пасху от мироточивой чудотворной иконы “Умиление” Локотская получили исцеление мужчина и женщина. Это было официально засвидетельствовано.

— Всегда, когда над Отчизной нависала гроза, люди брали кресты, святые иконы и отправлялись в Крестный ход. Мы пошли по зову души...