Француз Мишель Ней, сын бондаря из Лотарингии, за короткий срок добился головокружительных успехов в военной карьере. У Нея была репутация неутомимого человека, творившего чудеса на поле брани. Он завоевал восхищение своих врагов. “Храбрейшим из храбрых”, “самым смелым из людей” называл его Бонапарт и доверял ему самые трудные операции. В 20-летнем возрасте Ней стал бригадным, а в 30 лет — дивизионным генералом. В 1804 году Наполеон вручил 35-летнему Нею маршальский жезл. За грандиозную атаку при Бородине Нею был пожалован титул принца Московского (Москворецкого), который был добавлен к уже имевшемуся — герцог Эльхингенский (получен за блистательную победу над австрийским полководцем Маком). Он считал, что причиной поражения Великой Армии было честолюбие Наполеона, и оказался в числе тех его маршалов, которые просили императора отречься от престола.
К власти вернулся Людовик XVIII, Ней принес королю клятву верности и поклонения. А когда Парижа достигла новость о возвращении Наполеона (знаменитые “100 дней”), покинувшего остров Эльба, Ней пообещал двору: “Я привезу его пленником, в железной клетке”. Однако собрав полки и двинувшись навстречу императору, обнаружил везде бонапартистские настроения и заколебался. Сомнения развеяла записка: “Я вас приму так, как принял на другой день после сражения под Москвой. Наполеон”. Он решил “уступить силе обстоятельств” и с тех пор был рядом со своим бывшим сюзереном. После поражения в “битве народов” при Ватерлоо Ней решил не бежать из страны, а укрылся в доме родителей жены. Он случайно оставил на виду саблю, подаренную Наполеоном. Был узнан и арестован. Роялисты устроили шумный показательный процесс. Суд пэров, состоявший тогда в основном из бывших эмигрантов, настроенных враждебно, вынес маршалу немедленный смертный приговор...
Когда его разбудили в камере, чтобы прочесть приговор, Ней сразу все понял. Он прервал длинное перечисление своих титулов: “Передайте. Мишель Ней скоро превратится в пыль”. В “Большом универсальном словаре XIX века” Пьера Ларусса есть рассказ о казни на площади Обсерватории в Париже (сейчас там стоит бюст Нея). “...Граф де Рошшуар громко сказал, обращаясь к командиру взвода: “Выполняйте свой долг!”. Маршал тотчас же снял левой рукой шляпу и, положив правую руку на грудь, скомандовал: “Солдаты, цельтесь в сердце!” Это была его последняя команда, соблюденная как часть почетной процедуры. Ней тотчас же упал, пораженный шестью пулями в грудь, тремя в голову и в шею и одной в руку”. Один солдат выстрелил высоко в стенку... Тело перевезли в больницу, а затем тайно похоронили на кладбище Пер-Лашез, не допустив никого из близких, даже жену.
Тогда же поползли странные слухи о том, что маршал не был убит, а успел бежать. Роялисты решили опровергнуть их и опубликовали отчет о казни. Через некоторое время были опубликованы “Мемуары” любовницы маршала — Иды Сент-Эльм. Она утверждала: Ней согласился на тайное похищение, и взвод солдат во время казни стрелял холостыми патронами. Мол, у маршала был пузырек с красной жидкостью, чтоб имитировать смерть. В больнице его ждали сообщники, а на кладбище хоронили кого-то другого...
Любопытен и такой факт: могила Нея на кладбище Пер-Лашез в Париже была вскрыта в 1903 году, но, по словам могильщика Дю Мишеля, гроб был пуст. На следующий день газета “Фигаро” написала: “Тем самым положен конец дискуссии, продолжавшейся более полувека около личности Мишеля Нея. Да, он не был расстрелян в 1815 году и в течение следующих 31 года жил под чужим именем в Америке”.
В 1819 году в штате Северная Каролина поселился некий изысканный рыжеволосый француз Питер Стюарт Ней. Отца маршала тоже звали Пьером, а мать происходила из шотландского рода Стюартов. Эмигранты-французы, среди которых было немало бонапартистов, восторженно приветствовали этого человека как маршала Нея. А поляк Лехмановский бросился обнимать своего бывшего командира. Однако Питер Стюарт усердно все отрицал, уверяя, что ничего не знает про однофамильца. Он работал учителем, стал одним из самых почитаемых граждан штата. Интересовался европейскими новостями, был отличным стрелком и наездником, рисовал, играл на флейте (как и маршал Ней), сочинял поэмы, читал книги, посвященные эпопее Наполеона, и делал на них пометки, исправлял ошибки. Но постепенно спился и начал открывать свое истинное лицо, рассказывать “невероятные истории” о том, как он служил маршалом наполеоновской армии. Больше всего поражал точностью нарисованный им портрет Аглаи — жены маршала Нея...
В 1846 году на смертном одре Питер Стюарт сказал: “Я — маршал Франции, Мишель Ней. Имя Питер Стюарт я придумал, чтобы скрыться от преследователей”. Однако многие поверили ему лишь тогда, когда доктора исследовали шрамы на его теле и сравнили их с описаниями ран маршала Нея. Позже ведущий нью-йоркский эксперт-криминалист Дэвид Н. Карвалхо сравнил документы, написанные маршалом и школьным учителем, и пришел к выводу о схожести почерков...
Скептики задаются вопросом: почему маршал Ней не открылся в 1830 году, когда бывшим бонапартистам вернули права и назначили высокие пенсии, а его сын женился на дочери премьера Франции? Только такие, как маршал Ней, умирали стоя. Известно, что во время казни он отклонил предложение стать на колени: “Такие, как я, не встают на колени”. А в приют сестер милосердия приходили желающие проститься с “храбрейшим из храбрых”. И они видели, что расстрел — не имитация. Наконец, маршал Ней очень слабо знал английский, а учитель Ней говорил на нем без всякого акцента. “Американский Ней” не пробовал вызвать к себе жену маршала. Самой правдоподобной сегодня считается версия, что некий рыжеволосый шотладец, участник походов армии Наполеона, поселился в США и попал в ловушку из-за поразительного сходства со знаменитым полководцем. Правда, на могиле Питера Стюарта Нея написано: “...рожденный во Франции, солдат Французской революции при Наполеоне Бонапарте”.
Константин Столярчук.
|
