Народному артисту России, лауреату Государственной премии СССР Сергею Юрскому исполнилось 70 лет. Зрителю он известен по фильмам “Человек ниоткуда”, “Не бойся, я с тобой”, “Любовь и голуби”, “Республика ШКИД”, “Место встречи изменить нельзя”, “Королева Марго”... Огромную популярность актеру принесла роль Остапа Бендера в картине “Золотой теленок”. Мало кто знает, что Юрский работал в токийском театре, где обучал системе Станиславского японских коллег. С выдающимся актером Мидзуко Судзуки он сделал два спектакля.
Юрский — автор шести книг, последняя из которых — “Кого люблю, того здесь нет”. В прошлом году он выпустил диск “Концерт для четырех голосов”, где читает произведения Есенина, Мандельштама, Маяковского и Пастернака. На последнем “Славянском базаре в Витебске” — именно там состоялась моя встреча с актером — Юрский представлял авторский проект “Домашние радости”.
— Сергей Юрьевич, вы петербуржец, живущий в Москве. Не скучаете по родному городу?
— Уже более четверти века прожил в Москве, работал в театре имени Моссовета, во МХАТе, в “Школе современной пьесы”. Конечно же, скучаю по родному городу, часто бываю там.
Петербургская актерская школа отличается от московской. Я принадлежу к петербургской — более строгой, не допускающей панибратства со зрителем, подмигиваний...
— У вас в семье три актера. Не возникает конфликтов?
— Нет. Конфликт с окружающим миром настолько серьезен, что по сравнению с ним мелкие различия между нами ничего не значат. Мы люди одного юмора, одной крови. Поэтому если смешно, то мы все трое понимаем, что это смешно...
— Как вам нынешний кинематограф?
— Я наблюдаю его падение. Мне кажется, что мировой кинематограф находится в маразме, а русский потерял то, что всегда имел: уровень профессионализма, и прежде всего — сценаристов. Не знаю почему, но зрителей увлекают фильмы, которые наполнены кровью. Мы говорим, как нам надоели эти кровавые ленты, но многих они гипнотизируют. Я с трудом посмотрел картину Тарантино “Убить Билла-2”. Она мне показалась мещанской, пошлой и сусальной. Не понимаю, почему сегодня она является эталоном мирового кинематографа.
Мы наркотизированы насилием. Оно в таких количествах загнано в нас, что мы уже без него ни читать, ни смотреть не можем. Это очень страшные времена. Я спасаюсь тем, что проповедую ушедшие ощущения, чувства и знания. Я много иронизирую. У меня квартира забита классикой, театральными программками, использованными билетами...
— В одной из ваших последних работ — в сериале “Пятый ангел” — вы лихо играете в шахматы. А в жизни вы в них играете?
— Очень люблю эту игру, но играю плохо. Кстати, Гарри Каспарова я знал мальчиком. А познакомился с ним на пляже. Как-то загорал во время отдыха, и его дядя, с которым мы играли в шахматы, показал на своего племянника: “Ты вот с кем сыграй, увидишь — чемпионом мира будет!” А сейчас мы живем по соседству, но случая сыграть не представляется. Оба мы очень занятые люди.
— Ваш герой Бендер тоже играл в шахматы. Правда, обманывал. А вам случалось быть жертвой мошенников?
— Несмотря на то, что исполнил роль самого известного мошенника, я сам не раз становился жертвой жуликов.
Однажды столкнулся с настоящим артистом. Меня обогнал молодой человек на “Мерседесе”. Вдруг он выскочил из авто и стал кричать, что я поцарапал его дорогую машину. Стал показывать царапины на ней. Трюк это известный, поэтому я понял, кто передо мной. Но говорил он очень уважительно: “Отец, дай сколько есть”. Поэтому я засомневался: может, действительно, стал хуже ездить за тридцать лет водительского стажа? В общем, дал я ему три тысячи рублей, и он тут же смылся. А я подумал, что за такой спектакль денег не жалко...
— Как вы думаете, в наше время Бендер был бы олигархом?
— У Бендера не было радости оттого, что он заработал миллион. Олигарх же, получив миллион, начинает делать из него два. А мой герой, добившись всего, сказал: “Скучно, девушки!” В наше время таких людей нет. Бендер играл на корысти, а сейчас делают упор на чувства. Корыстный человек сам не дурак, его не обманешь. На доверчивом человеке заработать гораздо проще...
— Ваш идеальный герой?
— Тот, который способен улыбнуться после разочарования или удара. Это не просто терпение, а стойкость думающего человека.
— А кто, по-вашему, идеальный актер?
— Из наших актеров таким для меня был Николай Гриценко. А из зарубежных это Аль Пачино.
— Как вы считаете, дозволено ли таланту злодейство?
— Я считаю, что зло от таланта еще опаснее, чем зло без таланта. Молодые люди теперь часто сдвигаются к хамству, как в мое время сдвигались к пьянству. Как-то Константин Симонов сказал одному актеру: “Не по таланту пьешь”. И это хорошая формула. На мой взгляд, талант есть инструмент. Допустим, молоток, которым можно забивать гвозди. А куда они вбиваются и что ими закрепляется — совсем другой разговор. Талант не цель, а всего лишь средство. Так к нему и надо относиться.
|
