Анна Трофимовна возвращалась с выгона. Шла напрямую через огороды. Торопилась — дома ведь ждут дети, четыре сына. Совсем маленькими остались они без отца... Непонятная тревога охватила женщину. И тут полуденную тишину внезапно нарушил детский крик: “Мамочка, война! Фашисты, мама!”
Толик, самый старший, вернулся домой лишь к вечеру. Он был помощником мастера на льнокомбинате и несколько дней помогал предприятию эвакуироваться. После этого вся семья отправилась на вокзал. Но эшелоны, которые следовали на восток, в Орше даже не останавливались.
...На их улице оккупанты появились не сразу. Где-то в городе слышались выстрелы, что-то горело, но на окраине было тихо. Белявская решила сходить на станцию и узнать последние новости. Повернула на одну из улиц и обомлела: на недавно установленных виселицах раскачивались трупы.
У сыновей появились новые товарищи. Они всегда приходили поодиночке. Мать накрывала скромный стол и, чтобы не мешать разговорам, выходила на улицу. Там наблюдала за прохожими. А однажды заглянула в сарай и наткнулась вилами на что-то очень твердое. Присмотрелась — то были завернутые в мешковину винтовки и чуть глубже — ящики с патронами. Первая мысль: вытащить все это и закопать в овраге, забросать картофельной ботвой. Но что скажут дети? Вечером она сообщила им о находке и с того момента сама стала подпольщицей. Помогала прятать оружие и листовки, ходила в город и на станцию за новостями, туда, где ребятам показываться было опасно.
Морозной февральской ночью Иван Белявский глухими переулками спешил домой. Только что он расклеил листовки, и настроение было хорошее. И вдруг облава! Вместе с другими “поздними” прохожими он оказался в холодном сарае. Ночью станцию бомбили, и на рассвете всех схваченных погнали разбирать завалы. Иван не мог скрыть радости, глядя на искореженные рельсы и сожженные вагоны. Наблюдавший за ним конвоир злобно пнул юношу ногой. Иван не сдержался и изо всех сил обрушил лопату на голову фашиста...
Матери даже не разрешили похоронить сына.
Пятнадцатилетний Борис тоже выполнял поручения подпольщиков: рассказывал о содержимом немецких складов, доставлял взрывчатку и мины в указанные места. И по ночам на товарных станциях взрывались цистерны с бензином, другим грузом, повреждалось полотно. Гитлеровцы были в бешенстве, бросали в застенки всех подряд без видимых причин.
Анна Трофимовна старалась не показывать, как ей тяжело, не хотела, чтобы сыновья видели ее слезы. Иначе они не позволят остаться в городе и заберут с собой. Но женщина понимала, что больше пользы сможет принести в роли связной.
Братья Белявские воевали в одной диверсионной группе. Анатолий — командир, Борис — рядовой. Задавали же они жару немцам! Потоком шли донесения о пуске под откос составов с техникой, уничтожении бронемашин, взрывах эшелонов... В одной из операций Анатолия контузило, и командовать группой стал шестнадцатилетний Борис.
...Они лежали в засаде около дороги. Семь юных партизан с автоматами и несколькими десятками гранат. Фашистов было не два-три десятка, как ожидали, а больше сотни. В том бою Анна Трофимовна потеряла еще одного сына... Когда ей принесли эту весть, женщина оперлась локтем о стол, да так и просидела до утра не смыкая глаз. На голове у матери появились пряди седых волос.
Костя погиб в 44-м. Недалеко от партизанского лагеря разгорелся бой, и он бросился на помощь своим. Получил тяжелое ранение и умер в самолете, который летел на Большую землю.
Отгремело эхо боев в лесах Оршанского края. Фронт переместился на запад. С армией отправился ее Толик, единственный оставшийся в живых сын. Забежал домой проститься, а мать обняла его и не может отпустить... Вся гимнастерка была мокрой от слез.
Анатолий воевал хорошо, часто писал матери. “Мама, родная, скучаю по тебе, но не вернусь, пока не отомщу за Ивана, Бориса, Костю. За тебя им отомщу, мама”.
Война близилась к завершению. Казалось, скоро Анна Трофимовна снова сможет обнять своего Толю. Но однажды почтальон принес и протянул ей пакет. Чужой почерк. Буквы запрыгали, словно кем-то наугад выпущенная пулеметная очередь... “Ваш сын Анатолий Иванович Белявский погиб в боях с немецко-фашистскими захватчиками. За образцовое выполнение боевого задания награжден орденом Отечественной войны первой степени...”
Анна Трофимовна прожила долгую и трудную жизнь. Товарищи сыновей не забывали о ней, помогали как могли. Видели мудрого, не сломленного тяжелой долей человека. Мать всегда гордилась своими сыновьями. Гордится ими и Родина.
Леонид Сузин.
| 
